Те, кто спаслись

С тех пор как пало последнее государство прошло 24 года. Человечество успело потерять всякую организованность, по всему миру выжило не более 0.5% населения. Разрозненные, сломленные остатки нашего вида прячутся в глубоких подземных бомбоубежищах и парящих высоко над споровыми облаками платформах.

И, тем не менее, мы ещё живы. Редкие очаги сопротивления «Мерзости» подают признаки жизни, отправляя отважных рейдеров на сборы жизненно необходимых ресурсов.

В этой статье вы узнаете о том, как выглядит современный человек и какой он ведёт быт

Жизнь на краю света

Как известно, защититься от спор Фунгатория можно ровно тремя способами: Оградиться литой сталью или другим непористым материалом, создать холодную среду или оказаться выше, чем позволяет спорам парить гравитация и плотность мембран.

Таким образом, человеческие убежища по всему миру можно разделить на три типа — бункеры, аэростаты и космические станции. Последние, конечно, являются скорее сказкой — связь с космонавтами уже давно утеряна и в точности неизвестно, удалось ли им продержаться на орбите до сих пор.

Остальные варианты, впрочем, вполне широко используемы, и порой даже поддерживают друг с другом связь, создавая альянсы.

Каждое убежище, по своей сути, — это маленькое автономное государство, состоящее из тыловых специалистов и охотников, регулярно бросающихся в погоню за сброшенными кластерами и их содержимым.

В каждом из них есть всё необходимое для поддержания жизнедеятельности, будто в крошечной деревне Старого Мира и, самое главное, на них нет Фунгатория. Во всяком случае, пока.

Аэростоп «Байкал»

Своё приключение вы начнёте здесь.

Парящая на высоте 8 километров над уровнем моря платформа, поддерживаемая в воздухе шестью двигателями неизвестного принципа, стала самым известным пристанищем для выживших за счёт своего уникального оснащения. На шестиугольной площади в ~26 тысяч метров квадратных расположились различные модули и пристройки, которые являются домом для, в среднем, 1200 поселенцев, включая вас.

Здесь вы найдёте жилой квартал, по совместительству являющийся рынком. Чтобы обменяться ресурсами или экипировкой, достаточно просто найти лачугу или спальник соответствующего человека среди сотен других, выставленных кривыми рядами в самом центре аэростопа прямо на голой алюминиевой платформе. К счастью, атмосфера в Улье богаче земной — жителей «Байкала» ждут комфортные 60 мм рт. ст. давления кислорода и -20 градусов Цельсия.

Неподалеку располагается помещение общественной столовой, где на металлические столы, окруженные холодными железными скамьями, подают свежую грибную нарезку, вымоченную в спирте, и чуть менее свежие сплетни. Хотя меню и скудное, оно всё же подаётся стабильно, дважды в день, покуда, конечно, рейдеры продолжают снабжать «Байкал» всем необходимым.

Чтобы такая возможность была, на платформе есть посадочная площадка. Места на ней достаточно, чтобы разместить три двухместных вертолета модели Aerospatiale SA 315B Lama, которые время от времени делают короткие вылеты для сбора добытчиков с поверхности. В целях экономии топлива добираться до земли рейдерам приходится своим ходом при помощи штатных парашютов. Установленные на вертолетах радиостанции также служат для контакта с внешним миром, а аккумуляторы раз в неделю подключаются к электросети, позволяя жителям запитать свои приборы.

И, наконец, на углах аэростопа расположены двигатели, позволяющие платформе дрейфовать на заданной высоте. Доподлинно неизвестно, какие именно технологии Старого Мира применяются на «Байкале», но основным топливом им служит вода. Двигатели потребляют колоссальное количество энергии: двести тридцать литров воды в сутки потребляются реактором в центре платформы. «Байкал» почти всегда находится на грани исхода своих ресурсов, рискуя рухнуть в недра грибного ада, стоит добытчикам пропустить всего несколько походов, и даже при стабильном притоке профицита реактора хватает лишь на освещение и важнейшие системы. Даже отопления нет — каждый охотник вынужден отапливать свои ячейки самостоятельно.

Итого — жить, конечно, можно. Среди голого, беспощадного металла, щурясь от вечной метели и подавляя головокружение от недостатка кислорода, глядя на плотное одеяло из спор с края платформы… Можно. Но население «Байкала» редеет — всё чаще среди его жителей слышен говор о других, гораздо более приветливых убежищах, куда можно было бы податься…

Иммунные и уязвимые

«Давай поспорим? На лося. Кто первый умрет, тот и проиграл — ты от облучения и Мерзости, или > я от плевка Осадника?»

Анонимный выживший.

У каждого человека на планете шанс 1 к 100 оказаться иммунным. Большинство выживших являются именно такими — людьми, чьё тело не допускает распространения Фунгатория к собственной нервной системе, предотвращая превращение в бездумный грибной автоматон.

Их невероятные способности к регенерации и устойчивость к заражению позволяют совершать дерзкие налёты на территории грибницы, чтобы отхватить ценное содержимое сброшенных кластеров, и притом вернуться назад живым.

А что же до тех, кому не повезло?

Далеко не всегда вопрос упирается в летальный исход. Почти все уязвимые к Фунгаторию являются уроженцами убежищ — молодняком, родившимся после падения Старого Мира. Здесь они в относительной безопасности, однако риск заразиться существует всегда — случайно занесенной спорой с рейда или залетевшим по ветру патогеном на парящий аэростат.

Такими является большинство детей новой эпохи, и их тяжёлая судьба — поддерживать жизнь убежища на электростанциях, в столовых и водоочистных комплексах, до тех пор, пока грибница не настигнет их вопреки всем методам профилактики. А после — за ними приходят Ликвидаторы.

Кто за главного?

Несмотря на полный крах человеческой цивилизации как единого целого, люди по-прежнему остаются социальными существами. Даже в реалиях Улья можно встретить различные организации и объединения, занимающиеся поддержанием жизни в обществе, как в убежищах, так и за их пределами. Вот самые известные из них:

Станционное Объединение Выживших (СОВ) —

Административная организация, собравшая под своим крылом пятерку крупнейших убежищ, включая аэростоп «Байкал». На любом из этих пяти укрытий члены СОВ выполняют всё техобслуживание как самих станций, так и персонала: работают на электростанциях, в водоочистных комплексах, на кухнях и в столовых, поддерживают состояние механизмов и двигателей.

Своей целью СОВ обозначают возвращение былого величия человечества путём создания оптимальных условий для выживших и полной их поддержки с тыла для постепенного изучения Фунгатория и поиска способа однажды отбросить его с человеческих территорий. Отличимы по синей спецовке со светоотражающими полосами.

Как и весь Старый Мир и почти вся локальная бесконечность, СОВ говорит на Эсперанто — языке, ставшем общемировым в 2053 году после реформ президента ООН Ребане.

«Скорая Помощь» —

Отдавая дань уважения своим официальным предшественникам, члены этой организации занимаются оказанием первой медицинской помощи и эвакуацией охотников, попавших в беду во время рейда. Найти участников этой структуры можно в любом убежище, даже за пределами станций СОВ. Как правило, у них имеется собственный транспорт, а часть станционных территорий они отхватывают себе, под лазарет; впрочем, никто не возражает.В конце концов, в новом мире даже люди являются ресурсом. Кто же станет противиться структуре, поддерживающей их в строю?

Узнаются работники «Скорой» по белой форме и красным ящикам и сумкам с символикой белого креста. Прямо как в старые-добрые…

Антрацитовые Пчелы —

Знаменитая, пожалуй, безбашенностью собственных членов банда охотников-экспертов, специализирующаяся на, как уже стало ясно из названия, добыче антрацита. В погоне за этим чрезвычайно ценным материалом, «Пчелы» прекрасно обучены и осведомлены о местонахождении часто обновляющихся кластеров, а также о способах нахождения и эффективной экстракции минералов антрацита.

Стать «Пчелой» может не каждый — организация сама обращается к известным охотникам с приглашением, к чему подходит с особой избирательностью. Каждый из них если еще не стал урбанистической легендой, то как минимум близок к этому — и чрезвычайно опасен в стычке.

Отличить «Пчелу» по внешнему виду невозможно, но можете быть уверены, их обсуждают достаточно часто, чтоб вы узнали их по имени.

«Оркестр» —

Известная не только среди СОВ элитарная группировка охотников. Отбор у них даже жестче, чем у «Пчел», а экипировка включает в себя не только лучшие артефакты, но и серьезную бронетехнику и даже локальные базы на поверхности, ведь охотятся «музыканты» не за антрацитом, а за чем-то намного более опасным.

За Бедствиями.

Причин тому множество и кроме банального выживания поселений: костный мёд, огромное количество вырезки, а также множество уникальных ресурсов и артефактов, которыми Мерзость наделяет своих слуг.

Получившая свое названия за грохот артиллерийских стволов, эта группировка является одной из самых крупных и определенно самой дисциплинированной, больше напоминающей настоящую армию. Не все поселения находятся под ее защитой, в окрестностях «Байкала» их немного… но они всё же есть. Скажите им спасибо.

Ангелы грядущего —

(Ангелочки, Зефирные подушечки, Зефирки, Байкальские проститутки и т.д.) - Зародившаяся на Байкале несколько лет назад организованная группировка из охотников-одиночек, новичков и некоторой части бывших работников СОВ. Позиционируют себя как "Группа, нацеленная на сохранение и поддержку морального духа Байкала, обеспечение собственных членов всем необходимым для жизни без рисков для здоровья и поставку различных услуг развлекательного характера", по факту же, в старом мире Зефирок назвали бы организованной преступной группировкой промышляющей проституцией и распространением наркотических веществ.

Расположена данная группа на восточном краю Байкала, где имеет оборудованный для повседневной жизни и оказания услуг палаточный городок.

На данный момент в составе Ангелочков находится около сорока человек, примерно четверть из которых относится к охране, ещё четверть - обслуживает клиентов по наркотическим веществам, а оставшаяся половина оказывает услуги сексуального характера.

Иногда устраивают "Фестивали" в столовой Байкала, принося долю различных бесплатных развлечений каждому жителю этого места, взамен, буквально рекламируя свой стиль жизни для всех новичков. Впрочем, сейчас к ним попасть не так просто по сравнению с прошлыми годами.

Основное снабжение группа получает посредством продажи собственных услуг и вылазок на поверхность не совершает.

P.S Зефирные подушечки - потому что любят угощать клиентов зефиром и пользуются премиальными постельными наборами

Легенды и мифы

Вместе с остальными аспектами цивилизованного мира в 2076 году погибло и образование. Дети Нового Света обучаются так, как учились тысячелетия назад — ремеслу, из уст в уста. Таким же образом в современном обществе распространяются слухи и сказки. Здесь расположена та информация, которая известна почти всем выжившим — о сильнейших охотниках, самых лучших убежищах и сильнейших артефактах в мире.

Исташа

Великий, известный, таинственный — мифический охотник остаётся заметной фигурой в Улье уже не один десяток лет. Редким счастливчикам, которым повезло встретить его — как правило, в тёмное время суток — рассказывают об опытнейшем из рейдеров (скорее всего, с не менее безумной экипировкой), с безумным и своевольным нравом.

Поверить в существование такого человека сложно — оно подразумевает, что за пределами убежищ можно выжить, ведь Исташу ни разу не замечали ни на одной из станций по всему миру. Истории о нём, тем не менее, воодушевляют многих охотников на ещё более отважные походы и подвиги.

Роб

Простой мужичок с хутора на пятнадцатом кластере, сумевший стать местной легендой. Особенность его в том, что Роб прилетает на пятнадцатый кластер при сбросе всегда в составе случайной семьи, и очень часто он иммунен. Ничем другим он не выделяется — только такой способностью и тем, что на «Байкале» его уже три. Все три версии Роба предпочитают не разговаривать между собой и никогда не разговаривают о прошлом — ни друг с другом, ни с другими иммунными.

Во всех других смыслах Роб — образец «своего парня» и душа компании, к тому же умелый охотник и землепашец. На него... на них можно положиться.

МКС

Каким бы кошмарным ни был Фунгаторий, он пока остается катастрофой планетарного масштаба. А это значит, что, вероятно, споры Мерзости не успели дотянуться до космической программы и поразить патогеном людей, оставшихся на Международной Космической Станции со времен Старого Мира. МКС упоминается в каждом втором разговоре о наилучшем месте для жизни — полностью автономное убежище, не требующее ни рейдов, ни иммунитета, куда никогда не попадет грибница… До тех пор, пока гравитация не затянет устаревшие модули обратно в атмосферу Улья.

Связь со станцией давным-давно потеряна, но радио-энтузиасты не теряют надежды угадать и найти нужную частоту.

Высокоранговая экипировка

Артефакты двенадцатого класса и выше — не легенда. Они существуют, это факт. Вот только никто не знает, где именно.

Ходят слухи о полном комплекте «двадцаток», принадлежавшем какому-то генералу ещё до заражения — броня, оружие, даже фляга. Говорят, он погиб в первые дни, не успев эвакуироваться, и его тело до сих пор лежит где-то в штабном бункере, погребённое под слоем грибницы. Другие утверждают, что комплект давно растащили мародёры, и отдельные его части всплывают на чёрных рынках разных поселений раз в несколько лет.

Ещё популярнее истории о Наборе Мастера — кузнечном столе, молоте и кисти класса «пятнадцать плюс». С таким инструментом, говорят, можно ковать что угодно. Каждый третий кузнец клянётся, что знает человека, который знает человека, который видел этот стол своими глазами.

Есть и абсурдные истории — например, про старый тромбон неизвестного класса, позволяющий общаться с Фунгаторием. Но это уже точно выдумки.

Кластер-Ноль

Все кластеры откуда-то берут материал для сброса. Откуда-то приходят здания, люди, артефакты — целые куски реальности, которые никогда не существовали в нашем мире. Некоторые верят, что есть место, откуда всё это приходит. Нулевой кластер — изначальный, первородный, бесконечный. Мир, который не тронула Мерзость. Может, мир, где её никогда не было.

Теория гласит: если найти нужную точку в нужный момент сброса, можно не просто пережить перезагрузку — можно уйти в другую сторону. Туда, откуда приходит всё новое. Охотники, верящие в Кластер-Ноль, отмечают координаты каждого сброса, ищут закономерности, чертят карты. Большинство считает их безумцами. Но безумцы иногда находят то, что искали — а иногда просто исчезают.

Может, нашли. Может, нет.

Последний сброс

Старики на хабах иногда рассказывают о Последнем сбросе — моменте, когда все кластеры на планете перезагрузятся одновременно. Всё обнулится. Мерзость исчезнет, как страшный сон, и мир вернётся к тому, каким был до 2076 года. Молодые охотники обычно смеются. Красивая сказка для детей, чтобы легче засыпалось под вой ветра и далёкий скрежет споровиков.

Но иногда, перед особенно крупными сбросами, когда воздух пропитывается озоном на километры вокруг, даже скептики замолкают и смотрят в небо.

Вдруг сегодня?